Прошлое и будущееИстория американского акушерства

Большой экстренно-ситуационный тренинг для самостоятельных акушерок

из учебника Бонни Грюнберг «БЭСТ – Большой экстренно-ситуационный тренинг для самостоятельных акушерок»

Часть II | Часть III | Часть IV

Часть I

Во многих странах, включая США, бытует мнение, будто рожать дома опасно, и что так поступают только необразованные люди. У людей, не имеющих достаточной информации о домашних родах, принято считать, что домашняя акушерка – это необразованная, возможно, даже неопрятная самоучка, предлагающая свои услуги женщинам, которые из-за каких-то суеверий боятся обращаться в больницы. Корни этого заблуждения уходят глубоко в прошлое, и изменить ситуацию можно только путем распространения правдивой информации о современных домашних акушерках.

Акушерки, а это традиционно были женщины, заботились о матерях и детях с незапамятных времен. Когда в родах возникали проблемы, женщины прибегали к помощи мужчин. Мужчины знали о родах ничуть не больше, чем акушерки, а обычно даже намного меньше, но могли выполнить «сильное и решительное вмешательство», чтобы завершить роды.

С V по XIII века церковь препятствовала развитию медицинского и научного знания на Западе. Акушерок и других женщин-целительниц часто обвиняли в колдовстве, потому что они активно исследовали и экспериментировали, а не полагались на молитву и пассивное упование на Бога. Церковь была высшим авторитетом того времени и учила не доверять знаниям, полученным путем наблюдения над явлениями природы, ибо считала, что это дьявол ведет людей ложной дорогой чувственных ощущений.

Тем не менее, акушерки практиковали свое ремесло несмотря на риски: если роды были легкими и мать с ребенком выживали, акушерку могли обвинить в колдовстве; если же нет – акушерка могла столкнуться с гневом церкви и семьи, испытывающей горе. Если становилось ясно, что ребенок вряд ли родится сам, часто звали хирурга-брадобрея, чтобы он расчленил плод и вынул его по частям в безнадежной попытке спасти мать.

Знания, заимствованные у исламского мира, послужили стимулом к развитию медицинских школ в средневековых университетах, но церковь строго контролировала медицину и требовала, чтобы врачеватели не вступали в конфликт с догмой и сотрудничали со священнослужителями. Пациентов, которые отказывались от исповеди, лечить было запрещено. Без экспериментов и препарирования трупов представления об анатомии и физиологии оставались на примитивном уровне. Не имея даже элементарных представлений о доказательной медицине, средневековый врач полагался на суеверия и религию и лечил при помощи кровопускания и астрологии, а в это время так называемые ведьмы ? женщины-целительницы ? уже создали опытным путем базу знаний по анатомии и фитотерапии.

К XII веку медицина начала складываться в организованную структуру и общественный институт. Медицина стала профессией, а законы начали определять, кто может работать врачом. Мужчины-врачи, чье право лечить было узаконено церковью и государством, где также доминировали мужчины, выставляли женщин-целительниц невеждами или злобными ведьмами. Врачи стали экспертами, имеющими право судить, не вызваны ли симптомы пациента колдовством. Церковь утверждала, что женщина, которая посмела лечить, не имея официального образования, является ведьмой. Но женщинам было запрещено учиться. Медики создали собственную систему знаний, большей частью ненаучных, зашифрованных латынью и непонятных даже образованному человеку, и начали контролировать свои образовательные учреждения, управлять практикующими врачами, а также курировать околомедицинские области.

Несмотря на появление медицины, условия жизни женщин оставались ужасающими. До XX века единственным эффективным методом контрацепции было полное воздержание от половых отношений либо грудное вскармливание, в результате чего дети появлялись на свет примерно каждые 2 года. Чуть больше половины детей доживали до своего пятого дня рождения. За 40 лет жизни женщина должна была родить 7–8 детей только для того, чтобы поддержать стабильную численность популяции. Акушерки требовались постоянно, и они продолжали принимать роды, не имея доступа к растущему массиву акушерских знаний. Поскольку они обращались к более образованным врачам за помощью, когда течение родов принимало опасный оборот, их начали подвергать критике.

В 1560 году в законодательстве Парижа появились условия лицензирования и регистрации акушерок. Обучение происходило путем ученичества у наиболее опытных акушерок региона, и необходимым условием получения лицензии был «сертификат хорошего поведения и добропорядочности». Кандидатки в акушерки изучали анатомию и сдавали экзамены комиссии. После регистрации практику акушерки курировал врач, и она была обязана обращаться за помощью хирурга при неправильном предлежании плода. В конце концов священники потребовали, чтобы акушерки выполняли внутриматочное крещение детей, вероятность выживания которых была мала, при помощи нестерильного шприца, и эта процедура способствовала развитию смертельных инфекций у несчастных рожениц. Раннее английское законодательство подобным же образом больше заботилось о добропорядочности акушерки, чем о ее образовании и мастерстве. Акушеркам было запрещено выполнять аборты, им нельзя было прибегать к колдовству, и зачастую им вменялось в обязанность раскрывать отцовство ребенка.

На протяжении почти всей истории медицина и акушерство были отдельными профессиями. Врачи не занимались нормальными родами, а акушерки обращались за помощью к врачу только при возникновении осложнений. Граница между этими профессиями стала размываться в XVII веке. В 1671 году Джейн Шарп написала книгу «Учебник для акушерок» – первый учебник по акушерству, написанный акушеркой. Шарп учила точной анатомии, когда этот предмет считался неприличным даже для врачей, и заявляла, что большинство родов могут быть успешными и для этого достаточно только лекарственных трав и рук акушерки. Врачи к тому времени начали расширять сферу своей деятельности. Питер Чемберлен (умерший в 1631 году) изобрел акушерские щипцы, которые могли спасти тысячи женщин от ужасов затянувшихся родов с застреванием ребенка. Но семейство Чемберлен решило извлечь выгоду из этого изобретения и хранило щипцы в секрете в течение почти 100 лет, а затем продало изобретение Медико-фармацевтическому колледжу Амстердама.

Когда щипцы стали общедоступным медицинским инструментом, хирурги обрели способность вытаскивать плод целиком, сокращать длительность родов и порой спасать жизни матерей и детей. Врачи брали большие деньги за свои услуги и начали конкурировать с акушерками, а родовспоможение превратилось из дружеской услуги в доходный бизнес. Акушерки не имели права пользоваться щипцами, поскольку щипцы по закону были признаны хирургическим инструментом, а практиковать хирургию акушеркам было запрещено. Британский врач Уильям Смелли способствовал распространению щипцов и призывал мужчин-врачей принимать роды. Вскоре врач-мужчина, принимающий роды, стал обычным явлением. Акушерки протестовали против вторжения мужчин в сферу, которая традиционно принадлежала женщинам. В течение 250 лет в колониальной Америке роды принимали акушерки. Так же, как врачи, хирурги и аптекари, большинство акушерок были самоучками, либо перенимали мастерство у более опытных коллег, и их практика не регулировалась образовательными стандартами или законами. Там, где не было образованных акушерок, потребности женщин обеспечивали необразованные акушерки. Акушерки брали меньше денег за свои услуги и не ранили природную стыдливость женщин. В ту эпоху приличия были чрезвычайно важны, и многие считали присутствие мужчины на родах оскорбительным.

На Юге у большинства плантаторов были собственные акушерки, которые принимали роды как у чернокожих рабынь, так и у их белых хозяек. В Европе акушерскую профессию часто считали греховной, и акушерки имели низкий социальный статус, а в Африке акушерки были почетными членами общества. Когда африканцы из различных племен смешались на плантациях рабовладельцев, акушерки сохранили свой высокий статус.

Женская доля рабынь была особенно тяжелой. Черных женщин часто покупали как «производительниц», чтобы они рожали как можно больше здоровых детей. Часто хозяин обращал на рабыню свои сексуальные желания, и имел право распоряжаться ее детьми по своему усмотрению. Такие женщины страдали от скудного питания и истощения из-за многократных частых беременностей.

Как и многие врачи, мы все склонны думать, что современная аллопатическая медицина дарует нам свободу, порожденную исключительно гуманными порывами, и приносит все более и более полезные плоды. Тем не менее, медицина во все времена была связана с социальной, этической и правовой сферами и поддерживала некоторые ценности, неприемлемые для нас сегодня. Врачи в Америке XIX века были более просвещенными, чем их предшественники XII века, но они были детьми культуры, в которой считалось нормальным порабощение и истребление белыми других рас. Нередко врачи-экспериментаторы перед тем, как предложить новые процедуры и манипуляции платежеспособным белым клиенткам, оттачивали их на рабынях или бедных женщинах, обычно без анестезии. Доктор Мэрион Симмс, прославившийся изобретением процедуры лечения влагалищных свищей, выполнял хирургические операции без анестезии и без соблюдения стерильности трем рабыням в течение 4 лет, до 30 операций на одну женщину, прежде чем нашел эффективный метод. Когда перевязка фаллопиевых труб и вазэктомия стали безопасными и простыми операциями, евгеника стала влиятельным течением в медицине и политике. К 1930-м годам в 30 штатах существовали законы о принудительной стерилизации преступников и душевнобольных, хотя эти законы часто нарушались, и только в Калифорнии и Вирджинии исполнялись беспрекословно. Однако деятельность врачей регулировалась стандартами, и многие были против женщин-акушерок, потому что считали их деятельность небезопасной.

В 1765 году Уильям Шиппен младший, американский врач, который учился в Англии у Смелли, вопреки этому стереотипу предложил курс по акушерству, включающий «теорию и демонстрацию». Он предложил учить женщин в частном порядке и помогать их пациенткам в случае необходимости. Но очень немногие женщины имели достаточно образования и средств для обучения по такой программе, а общественное мнение было против того, чтобы женщины получали образование. Шиппен вскоре ограничил круг слушателей своего курса только мужчинами, и в течение следующего столетия, когда акушерство развивалось в Европе, США не предоставляли женщинам официальных возможностей для изучения акушерства.

С другой стороны, во многих кругах мужчин не допускали принимать роды, пока пропасть в образовании между врачами и акушерками не стала огромной. К концу XVIII века в США было 4 медицинских школы, и ни в одну из них не принимали женщин. У акушерок практически не было возможности узнать об открытиях в анатомии и физиологии или об использовании акушерских инструментов. Количество врачей росло, и к началу XIX века состоятельные женщины начали доверять им принимать у себя роды.

Продолжение следует

Часть II | III | IV