Роль акушерки в формировании
бондинга и привязанности между
матерью и ребенком

Автор: Сарита Хокинс - зарегистрированная акушерка из Salisbury Foundation Trust

Переводчик: Вероника Мигулина

Статья была впервые опубликована в английском журнале «Акушерский дайджест MIDIRS», том 20, № 3, сентябрь 2010, с. 355–360 (Sarita Hawkins “The midwife’s role in facilitating maternal-infant bonding and attachment”, vol. 20, #3 September 2010, pp. 355–360). Публикуется с разрешения редакции журнала «Акушерский дайджест MIDIRS».

Материал для данной статьи был по большей части собран для моей дипломной работы на степень бакалавра естественных наук по акушерству. Мой интерес к этой теме был вызван тем, что я узнала, что привязанность основана на эмоциональной связи, которая развивается между матерью и ее новорожденным ребенком. На выбор темы также повлиял мой собственный опыт ненадежной привязанности в детстве, в сочетании с необходимостью устанавливать отношения с собственными детьми. Это помогло мне осознать степень влияния, которое эта область оказывает на психическое здоровье человека. Это сфера, в которой специалисты в области физического и социального здоровья могут помочь женщинам и их семьям в осознании особенностей формирования здоровья в перинатальном периоде.

Цель данной статьи – определить роль акушерки в формировании бондинга и привязанности путем анализа существующей литературы по данной теме. Это будет достигнуто путем анализа теории привязанности и последствий ненадежной привязанности для матери и ребенка. Особое внимание уделяется следующим аспектам: психическое здоровье матери как часть обеспечения здоровья в перинатальном периоде, развитие бондинга матери и привязанности ребенка и их последствия; и анализ роли акушерки в укреплении бондинга и привязанности в перинатальный период.

Введение

В плане укрепления здоровья женщин частью профессиональных обязанностей акушерки является обеспечить необходимый уход и консультации матерям и детям (NMC 2004, ICM 2005). Я считаю, что если акушерки действительно хотят соответствовать своей профессии, они не должны легкомысленно относиться к тому, что входит в понятие укрепления здоровья. Обязанности акушерок в этой сфере можно прояснить, изучив определение слова «уход»: «внимание», «нежность», «ответственность», «соблюдение безопасности» и «участие» .(Robinson & Davidson, 1999).

Укрепление здоровья – это вопрос, которой большинство акушерок решают в своей ежедневной работе, например, когда они предоставляют женщинам информацию о таких вопросах, как диета, курение, упражнения и об особенностях послеродового периода (O'Luanaigh & Carlson 2005). Тем не менее, психическое здоровье также является частью общего здоровья человека, поскольку заболеваемость и смертность по причине проблем с психическим здоровьем возрастают (Lewis 2004, Lewis 2007). Психическое здоровье является областью, которой правительство уделяет внимание в таких инструкциях, как «Программа укрепления здоровья детей. Беременность и первые пять лет жизни» (The Child Health Promotion Programm. Pregnancy and the first five years of life – CHPP) и «Дородовое и послеродовое психическое здоровье: клиническое ведение и руководство по предоставлению услуг» (Antenatal and postnatal mental health: clinical management and service guidance).

Роль акушерки в общественном здравоохранении состоит также в распространении информации о нормальных родах (ICM 2005), поскольку существуют доказательства, что акушерский уход позволяет предотвратить вмешательства и повышает степень удовлетворенности женщин от рождения ребенка (Downe 2006, Hodnett et al 2007, Hatem et al 2008). Роль акушерки в формировании бондинга и привязанности в паре мать-дитя становится очевидной при комплексном подходе к общественному здравоохранению, психическому здоровью и распространению представлений о норме. Как следует из приведенных ниже данных, здоровые эмоциональные отношения между ребенком и человеком, который о нем заботится, имеют первостепенную важность для здоровья всей семьи в течение всей жизни. Коммуникация является жизненно важным элементом этого процесса. В программе обеспечения детского здоровья (Shribman & Billingham 2008) утверждается, что предоставление информации является частью роли врачей и акушерок в установлении с пациентом отношений, основанных на взаимном доверии и уважении. Также стоит отметить, что, организация CEMACH в ходе исследований обнаружила, что женщины из группы риска по психологическим проблемам склонны избегать услуг в сфере материнства, и пришла к выводу, что эти женщины нуждаются в дополнительной поддержке (Lewis 2007).

История вопроса

Прим.переводчика. CEMACH – The Confidential Enquiry into Maternal and Child Health – Конфиденциальные исследования здоровья матери и ребенка. Позже эта организация была переименована в CMACE – Centre of Maternal and Child Enquiries – Центр исследований материнства и детства.

В двух последних отчетах CEMACH сообщается, что самоубийства являются наиболее частой причиной материнской смертности. В результате этих исследований были разработаны рекомендации о том, что всех женщин необходимо на ранних сроках беременности в рутинном порядке опрашивать об их психологических проблемах в прошлом и настоящем (Oates 2007). В 1999 году правительство разработало план по расширению роли акушерок в медицинском обслуживании женщин из группы риска в рамках программы «Изменяя мир к лучшему: расширение медсестринского обслуживания, акушерские визиты и визиты здоровья – их вклад в здоровье и здравоохранение». В этой программе утверждалось, что необходимо более эффективное использование акушерских навыков, а более близкое общение после родов может улучшить состояние женщины при послеродовой депрессии, причем для женщин было важно, чтобы обслуживание было непрерывным (DH 1999). Однако при этом исследование Росс-Дэви и др. (Ross-Davie et al 2006) обнаружило, что 70% акушерок не уверены, что обладают достаточным образованием и навыками, чтобы взять на себя более широкий спектр обязанностей в обеспечении перинатального психического здоровья.

Теория привязанности – со стороны ребенка

В рамках теории привязанности изучается физиология процессов в паре мать–дитя в сочетании с безусловной любовью родителей к своим детям, возникающей самопроизвольно, которая развивается в течение первых двух лет (Chamberlain 1995). Привязанность определяется как «поведение, при котором один индивидуум находится в зависимости от другого» (Anderson 2002:157). Гросс (Gross 2005) отмечает, что социальность, то есть присущая людям тенденция искать общества себе подобных, является предпосылкой для развития привязанности. Фрейд создал теорию о том, что первые пять лет определяют всю последующую жизнь человека и что ребенок привязываются к человеку, заботящемуся о нем, поскольку этот человек удовлетворяет его инстинктивные потребности (Gross 2005). Это мнение было оспорено в первую очередь Харлоу (Harlow 1959), который провел обширные исследования резус-макак и пришел к выводу, что макаки имеют врожденную потребность в тактильном контакте, что является такой же базовой потребностью, как и потребность в еде. Исследование Харлоу послужило фундаментом для дальнейшего понимания привязанности и бондинга, и многие последующие исследователи, например, Мэри Эйнсворт (Mary Ainsworth) в ее работе о разлучении матери и ребенка, приняли его труд за основу собственных исследований (Ainsworth et al 1978, Gross 2005).

В тот же период, когда Харлоу проводил исследования макак, Джон Боулби (John Bowlby), психоаналитик из Великобритании, изучал привязанности человека, на примере влияния Второй мировой войны на семьи и детей и уделяя особое внимание особенностям психического здоровья и потребностям бездомных детей. Боулби (1952) сделал вывод, что материнская любовь в младенчестве является столь же важным условием для психического здоровья, как витамины и белки для физического, и ввел термин «привязанность» для обозначения той эмоциональной связи, которая возникает между ребенком и заботящимся о нем человеком (Bowlby 1969). Истоки подхода Боулби лежат в психоаналитической, или фрейдистской, теории, которую он использовал в сочетании с этологией, биологической теорией (Bee & Boyd 2007). Боулби предположил, что каждый ребенок появляется на свет с врожденными инстинктивными элементами поведения, такими как способность поддерживать зрительный контакт, плакать и улыбаться, которыми он в свою очередь выделяет заботящегося о нем человека среди других (Bee & Boyd 2007).

В литературе описаны четыре характерных признака привязанности:

  • поддержание близости (желание быть ближе к объекту привязанности);
  • стресс при разлучении с объектом привязанности;
  • безопасное место (когда ребенок испытывает тревогу, он отступает к человеку, заботящемуся о нем);
  • надежная защита (ребенок исследует мир, зная, что родитель защитит его от опасности).

Bowlby (1969, 1973), Hofer (2005).

Шор (Schore 1994) развил концепцию Боулби далее и предоставил доказательства в пользу того, что опыт привязанности оказывает непосредственное влияние на созревание правого полушария головного мозга. Шор (2002) заявил, что невербальное правое полушарие, в противоположность вербальному левому полушарию, доминирует у человеческих детей, что приводит к недостатку синхронности. Шор (2002) также описывает развитие возможностей органов чувств ребенка: обоняния, тактильных ощущений, за которыми следует визуальное восприятие. В частности, сразу же после рождения выразительное лицо матери является наиболее мощным визуальным стимулом, и интерес заставляет ребенка следить за лицом матери в пространстве и поддерживать зрительный контакт (Schore 2002). Примерно ко второй неделе жизни внимание ребенка при взаимодействии с матерью становится цикличным: периоды внимания сменяются рассеиванием внимания (Anderson 2002). Это явление также называется регуляцией и, согласно Сроуфу (Sroufe et al 2005), способствует формированию у ребенка более гибкой и устойчивой нервной системы, которая позволит ему осуществлять саморегуляцию при чрезмерно интенсивной стимуляции в течение жизни.

Шор (2002) пришел к выводу, что по мере того, как ребенок растет, эффективно работающее правое полушарие позволяет ему понять, что эмоциональным состоянием можно поделиться с другими людьми. Эта способность эмпатии дает ребенку чувство общности с другими, и поскольку эмпатия является эмоцией, связанной с этическими качествами, эффективно работающее правое полушарие улучшает моральное развитие ребенка (Schore 2002).

Боулби (1969) придает особое значение непрерывности отношений между матерью и ребенком и влиянию разлуки с матерью на будущее благополучие ребенка. Однако его критики не согласны, что родители влияют на детей в такой степени. Одним из таких критиков был Харрис, который исследовал различные реакции братьев и сестер, а также близнецов в ретроспективном анализе генетической обусловленности поведения и влияния родителей на развитие детей (Harris 1995). В том же исследовании он утверждает, что родители не формируют индивидуальность или характер ребенка, что сверстники влияют на детей больше, чем родители, и человек учится поведению скорее у других людей в своей социальной группе, чем у родителей.

Эти противоположные точки зрения изучаются в продолжающемся по сей день многолетнем исследовании, которое объединяет теории Шора и Боулби с теориями Харриса и Ли (Sroufe et al 2005). Исследование отслеживает 180 детей, родившихся в бедных семьях в штате Миннесота, США, с пренатального периода до взрослого состояния и продолжается уже три десятилетия. Это многолетнее исследование в первую очередь посвящено изучению личности человека, заботящегося о ребенке и отношениям ребенка с ним путем прямого наблюдения детей и изучения качества ухода, который дети получили. Для исследования потребовалось множество наблюдений, сбор информации путем опроса и другие процедуры, которые проводились с родителями, учителями и с самими исследуемыми детьми (Sroufe et al 2005). Дети изучались в условиях дома, в лаборатории, в школе и в группе сверстников. Сроуф (2005) описывает, какие методы контроля потребовались для исследования:

  • общие параметры, такие как тест IQ и личность матери;
  • периодические оценки, начиная с наблюдения до рождения и включая 13 прямых наблюдений между рождением и 2,5 годами;
  • исследование развития детей в контексте по причине заинтересованности исследователей в изменениях.

Результаты оценивались по трем параметрам:

  • разница между надежной и тревожной привязанностью, с использованием гипотезы Боулби;
  • последствия различных типов тревожных привязанностей;
  • последствия в виде психопатологии, включая дезорганизованную привязанность.

Из-за размера и сложности исследования, в данную статью включен только обзор выводов, имеющих отношения к нашей теме. В исследовании Сроуфа (Sroufe et al 2005) оценивалась личность человека, заботящегося о ребенке, его ожидания и представления о ребенке, его реакции на сигналы ребенка и общие особенности ухода за ребенком. Исследование было предпринято с целью подтвердить или опровергнуть гипотезу Боулби о том, что привязанность ребенка является результатом взаимодействия с матерью в раннем возрасте (Sroufe et al 2005). В исследовании Сроуфа (Sroufe et al 2005) оценивался темперамент детей на седьмой и десятый день после рождения. Оценка производилась различными способами, включая неонатальную поведенческую шкалу оценки Бразелтона. У нас имеются некоторые вопросы к истинной природе этого анализа, и поскольку мы знакомы с некоторыми последствиями, необходимо принять во внимание, что это уже не теория, а установленная причинно-следственная связь. Примером такой связи является отзывчивость матери: ребенок, чья мать не способна улавливать подаваемые им сигналы о потребностях, подвержен большему риску попасть в реанимацию.

Сроуф (2005) в своем исследовании также обнаружил факты в пользу гипотезы Боулби о том, что дети, уверенные в надежной защите со стороны заботящегося о них человека при исследовании окружающего мира, вырастают более самостоятельными. В исследовании обнаружилось, что дети с надежной привязанностью реже страдали от одиночества и более успешно строили взаимные отношения, у них были более выражены лидерские качества и они более успешно строили романтические отношения во взрослом возрасте. Исследователи пришли к заключению, что ранняя надежная привязанность придает силы для преодоления трудностей и способность лучше справляться со стрессом (Sroufe et al 2005).

Теория привязанности — со стороны матери

Материнская привязанность называется бондингом, посредством которого мать связана со своим ребенком, до рождения и после него. Мишель Оден широко исследовал влияние гормонов на бондинг во время перинатального периода, замечая, что во время естественных родов у женщин в больших количествах вырабатываются такие гормоны, как окситоцин — альтруистический гормон, играющий роль во всех аспектах любви, эндорфины, которые вызывают состояния зависимости, и адреналин, который вызывает рефлекс изгнания плода и реакцию защиты у матери (Odent 2002a, 2002b). Адреналин также приводит к расширению зрачков плода (Odent 2002a), пробуждая у его матери материнское поведение (Schore 2002), как говорилось ранее.

Считается, что эти физиологические процессы являются частью процесса импринтинга (Bowlby 1969), хотя в вопросе о его временных рамках специалисты расходятся во мнениях (Kennell et al 1975, Davis-Floyd 2003). Большая часть работы Кеннелла (Kennell et al 1975) посвящена подтверждению гипотезы о том, что контакт мать-ребенок в сенситивный период влияет на последующее материнское поведение матери, а также воздействует на развитие ребенка. Кеннелл и его коллеги предположили, что этот контакт помогает матери сформировать ментальный образ своего ребенка и что если взаимодействие с ребенком в сенситивный период нарушается, насилие над детьми увеличивается (Kennell et al 1975). Дэвис-Флойд (2003) подтверждает это тем, что в представлении матери, бьющей своего ребенка, ментальный образ ребенка обычно существенно отличается от его настоящей внешности.

Несмотря на критику теории о том, что контакт матери с ребенком в сенситивный период влияет на формирование материнского поведения (Goldberg 1983, Eyer 1994), недавнее исследование возможно подтвердит выводы, сделанные в работе Кеннелла и коллег.

Быстрова (Bystrova 2008) провела рандомизированное исследование для оценки взаимодействия между 176 матерями и их детьми, которым был обеспечен контакт кожа к коже в течение первых двух часов после рождения. Результаты всего лишь одного аспекта исследования – «влияния близости матери и ребенка в противоположность разлуке после рождения» – показывают, что осознанное материнство начинается до рождения и продолжается всю жизнь. Целуя, обнимая и разглядывая своего ребенка, мать показывает свою любовь по отношению к нему. Такое поведение улучшает отношения матери и ребенка и играет чрезвычайно важную роль в развитии чувствительности матери, саморегуляции ребенка и взаимных отношений в паре в первый год жизни (Bystrova 2008).

Последствия ненадежной привязанности

При исследовании ненадежной привязанности я была потрясена и опечалена степенью дистресса, испытываемой детьми с этим типом привязанности и последующими последствиями для психики в течение всей жизни. Как было сказано выше, при невербальном общении в раннем детстве мать или другой человек, заботящийся о ребенке, регулирует и положительные, и отрицательные состояния ребенка (Schore 2002). Эта коммуникация также регулирует деятельность центральной и вегетативной нервной системы (Schore 2002). Стресс или тревожность во время беременности приводят к рождению недоношенных и маловесных детей и оказывают влияние на гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую систему ребенка, что возможно приводит к ее подавлению позже в жизни (clover 1997). Это является скорее следствием присутствия матери, чем ее отсутствия. Мать, находящаяся в состоянии стресса, имеет трудности в регулироваии состояния своего ребенка (Cerhardt 2004, Sroufe 2005).

Первые теоретики выделили три типа привязанности: надежная (описанная выше), тревожно-избегающая, и тревожно-сопротивляющаяся (Cross 2005). Позже была добавлена четвертая категория – дезогранизованная привязанность, наиболее дисфункциональная форма ненадежной привязанности (Sonkin 2005). В этом исследовании Сроуф (2005) дает определение избегающей и сопротивляющейся привязанности – это привязанность, развивающаяся у детей, чей опыт взаимодействия с объектом привязанности в сенситивный период был недостаточным. В группе с сопротивляющейся привязанностью степень осознанности женщинами своих действий была меньше, а отставание детей в развитии – больше. В противоположность им, дети в избегающей группе были изначально здоровыми, но их матери испытывали негативные чувства к материнству и были напряженными и раздражительными (Sroufe 2005). Более того, дети в группе с избегающей привязанностью испытывали психологическую недоступность объекта привязанности, поскольку их часто отвергали, когда они больше всего нуждались в поддержке. Их родители также испытывали трудности с компенсацией раздражительности или неврологических проблем у детей (Sroufe 2005).

В группе с дезорганизованной привязанностью матери были психологически недоступны, назойливы (совершая по отношению к детям действия, к которым те не были готовы), или обижали детей, вызывая предрасположенность к развитию дезорганизованной привязанности (Sroufe 2005). Важно, что Сроуф считает этот тип привязанности результатом отношений с родителем, а не унаследованного ребенком типа нервной системы. Его гипотеза, что дезорганизованная привязанность позже приведет к диссоциации, была подкреплена доказательствами. Взаимодействуя с приводящим в замешательство или пугающим родителем, эти дети столкнулись с неразрешимым конфликтом между желанием убежать от источника страха и стремлением к нему. Ребенок встречается с неразрешимой дилеммой, поскольку человек, заботящийся о нем, должен внушать чувство безопасности, чтобы ребенок мог развиваться и исследовать мир. Но в случаях дезорганизованной привязанности человек, заботящийся о ребенке, является источником страха, потому что его поведение хаотично, непредсказуемо и поэтому пугающе. Эта непредсказуемость приводит ребенка в замешательство и следовательно ведет к диссоциации, при которой эмоции и психические процессы отделены от сознания и поэтому теряют эмоциональную значимость (Anderson 2002). Отказ от попыток взаимодействия и быстрые изменения состояния, происходящие в результате действия диссоциативных механизмов, являются единственно возможным способом поведения в дальнейшем (Sroufe 2002). Боулби (1980) предположил, что это может привести к недоверию, подавлению любознательности и к склонности воспринимать мир нереальным. Сроуф (2005) утверждает, что в результате плохого обращения, особенно сексуального насилия, дети с ненадежной привязанностью будут склонны к расстройствам личности и к причинению себе вреда. Боулби (1980) и Фонаги (Fonagy et al 1991) оценивают картину в целом, полный анамнез, а не только опыт привязанности, полученный в раннем возрасте. Гросс (Gross 2005) не соглашается и считает, что пессимистично считать устойчивость влияния детства скорее правилом, чем исключением, особенно при ненадежной привязанности. Он утверждает, что чем старше становится человек, тем меньше опыт, полученный им в детстве, влияет на его жизнь. Исходя из моего опыта, я не могу согласиться с мнением Гросса, поскольку у меня самой в детстве сформировалась ненадежная привязанность. Когда 30 лет спустя я сама стала матерью, материнство оказалось для меня трудной задачей, поскольку у меня не было безопасной почвы, на которой я могла строить свое взаимодействие с ребенком. Это было в дальнейшем осложнено длительным разлучением с моей первой дочерью, поскольку она родилась недоношенной. Бойд (Boyd 2004) утверждает, что в отделении неонатальной реанимации (NICU) родители испытывают противоречивые эмоции, что приводит к нарушению способности реагировать на сигналы ребенка, а также к нарушениям родительского поведения в целом, и заставляет их эмоционально отстраняться от своих чувств. Я знаю это на своем опыте с первой дочерью: поскольку я не видела ее в течение первых трех дней, подсознательно мое тело восприняло разлуку с ней как ее смерть, и начался процесс горевания, в полном соответствии с гипотезой Бойда, подтвержденной работой Дэвиса-Флойда (Davis-Floyd 2003).

Итак, если объект первичной привязанности близок и доступен, ребенок растет, чувствуя себя в безопасности и спокойно исследуя мир. Но если объект привязанности недоступен, ребенок испытывает тревогу и беспомощность, которые позже перерастают в отчаяние и депрессию (Fraley 2004). Гросс считает, что примерно у 60% детей привязанность является надежной, а у 40% развивается тревожная привязанность. Привязанность оказывает влияние не только на мать и ребенка, но и на последующие поколения семьи (Bowlby 1969, Schore 2002, Sroufe et al 2005). Дети с сформированной надежной привязанностью справляются со стрессом легче, чем дети с тревожной привязанностью (Sroufe et al 2005).

Роль акушерки в укреплении бондинга и привязанности в перинатальный период

Как следует из сказанного выше, существуют доказательства того, что ненадежная привязанность в детстве может иметь далеко идущие последствия для человека во взрослой жизни. Это значит, что если помочь женщинам с ненадежной привязанностью в анамнезе сформировать бондинг со своими новорожденными детьми, они смогут частично или полностью разорвать эту цепь дисфункциональных отношений с будущими поколениям. Важно уточнить, есть ли у женщины ненадежная привязанность в анамнезе и таким образом можно оценить вероятность, продолжит ли она такой тип отношений со своими детьми. Уточнение возможных нарушений привязанности можно начать при первом акушерском визите к женщине, поскольку этот момент считается оптимальным начала выстраивания отношений между акушеркой с одной стороны и женщиной и ее семьей с другой стороны. В это время жизнь женщины сильно изменяется, и поэтому она наиболее восприимчива к советам (Dunkley-Bent 2004, DH 2007). Акушерка может поделиться информацией уже на самом первом визите. Ведение записей в медицинской карте является структурированной систематической процедурой, используемой для оценки риска (Wilson & Symon 2002). Я в своей практике включила в эту процедуру рутинные вопросы о психическом здоровье, в соответствии с рекомендациями Национального института клинического мастерства (NICE – National Institute for Clinical Excellence, 2007).

Беседа один на один является наиболее эффективным методом коммуникации для построения доверительных отношений акушерки с женщиной и ее семьей. Доверительные отношения чрезвычайно важны, особенно в вопросах психического здоровья, и они должны сохраняться в течение всей беременности. Акушерка также должна соблюдать конфиденциальность, как утверждается в Акте о правах человека 1998 года (The Human Rights Act, Great Britain 1998), Кодексе (The Code, NMC 2007) и Акте о защите данных 1998 года (The Data Protection Act, Great Britain 1998), если только нет причины беспокоиться за ребенка по причине психических нарушений у матери (Dimond 2006). Один из факторов, который может значительно помочь в построении доверительных отношений – непрерывность обслуживания. Этот аспект медицинского обслуживания был широко исследован, и есть доказательства в пользу того, что непрерывность медицинского обслуживания необходима в практике акушерки (Green et al 1998). Более того, исторически важное исследование Флинта (Flint 1989) показало, что состояние здоровья женщины улучшается не только по причине непрерывности обслуживания, но также зависит от личности медицинского работника. Текущие рекомендации Департамента здоровья (2004) гласят, что акушерка должна обеспечивать непрерывное обслуживание женщин в течение беременности, и в инструкциях Национального института клинического мастерства в 2007 году (NICE – National Institute for Clinical Excellence 2003, 2007) рекомендуется начинать непрерывное акушерское обслуживание уже во время беременности. Однако Лэмб (Lamb 2008) приводит возражение, что в связи с увеличением рождаемости на 25% с 2001 года акушерки в Великобритании не способны предоставлять такой уровень обслуживания.

При непрерывном акушерском обслуживании больше вероятности, что роды женщины будут вагинальными и самопроизвольными, с меньшим количеством вмешательств и большей степенью удовлетворения женщин тем, как прошли роды (Hodnett et al 2007, Hatem et al 2008). Акушерки помогают женщинам поверить в свою способность родить самостоятельно и могут помочь в формировании бондинга, рассказывая о таких физиологических процессах, как контакт кожа к коже после родов (Bystrova 2008) и грудное вскармливание (Shribman & Billingham 2008). Акушерки являются сторонниками теории о том, что естественная физиология является основой хороших отношений мать-дитя (Kennell et al 1975), что в свою очередь способствует психологическому и биологическому благополучию (Schore 2002). В обслуживании женщин во время беременности и родов – опыта, который полностью меняет жизнь женщины – роль акушерки расширяется за пределы роли просто медицинского работника, поскольку в ней появляется элемент заботы. Забота способствует развитию (Pearsall 2002), что я считаю необходимым не только для рожающих женщин, но и для самих акушерок. Холгрен (Hallgren et al 2005) считает, что отношения с акушеркой сильно влияют на родительский опыт женщины. Рандомизированное исследование Лавендер и Уилкиншоу (Lavender & Wilkinshaw's) показало, что психологическая поддержка акушерки может уменьшить заболеваемость даже в результате одной консультации.

Тем не менее, без непрерывности, в соответствии с рекомендацией Шрибмана и Биллингема (Shribman & Billingham 2008), обслуживание акушеркой может быть неэффективно. Другие факторы, которые потенциально могут затруднить непрерывное обслуживание: недостаток времени у акушерки, труднодоступность женщин после родов и тот факт, что акушерские услуги обычно предоставляются вне домашнего окружения. Все вышеперечисленные факторы могут еще больше ограничить возможности женщин обсуждать волнующие их вопросы, а для акушерок они могут затруднять обнаружение факторов риска у женщин. Некоторые из этих факторов можно преодолеть при помощи других методов поддержки женщин для облегчения формирования бондинга и привязанности. Показали свою эффективность группы поддержки (Chen et al 2000, Kruske et al 2004). Рандомизированное контролируемое испытание (RCT), проведенное Ченом (Chen et al 2000), включающее 60 женщин с послеродовой депрессией, показало, что четыре еженедельных встречи группы поддержки значительно улучшили их состояние. Исследование Круске (Kruske et al 2004) подтвердило ценность групповых отношений, которые дают женщинам силы и уверенность. В районе, где я практикую, недавно появилась группа послеродовой поддержки, и отзывы о ней были положительными как со стороны женщин, так и со стороны акушерок. В интернете поддержка женщин после родов оказывается на таких ресурсах, как Netmums.com и Healthtalkonline.org, что важно для женщин, которые не имеют возможности выйти из дома, но имеют доступ в интернет. Итак, роль акушерки в укреплении бондинга и привязанности в перинатальном периоде может считаться одной из наиболее важных для долгосрочного психического благополучия как матери, так и ребенка. Удовлетворение этих потребностей чрезвычайно актуально в практике акушерок, известной своим холистическим подходом и стремлением к улучшению здоровья женщин и детей.

Список литературы

  1. Ainsworth, MDS, Blehar MC, Waters E et al (1978). Patterns of attachment: a psychological study of the strange situation. Hillsdale NJ: Lawrence Earbaum Associates.
  2. Anderson DM (2002). Mosby's medical, nursing & allied health dictionary. 6th ed. St Louis: Mosby.
  3. Bee H, Boyd D (2007). The developing child. 11th ed. Boston: Pearson Education.
  4. Bowlby J (1952). Maternal care and mental health. Geneva: World Health Organization.
  5. http://whqlibdoc. who.int/monograph/WHO_MONO_2_(partl ).pdf [Accessed 05 May 2009].
  6. Bowlby J (1969). Attachment and loss: volume I: Attachment. London: Hogarth Press.
  7. Bowlby J (1973). Attachment and loss: volume 2: Separation. London: Hogarth Press.
  8. Bowlby J (1980). Attachment and Loss: volume 3: Loss. London: Hogarth Press.
  9. Boyd S (2004). Within these walls: moderating parental stress in the NICU. Journal of Neonatal Nursing 10(3):80-4.
  10. Bystrova К (2008). Skin-to-skin contact and suckling in early postpartum: effects on temperature, breastfeeding and mother-infant interaction. A study in St Petersburg, Russia. Stockholm: Karolinska Institute University Press.
  11. Chamberlain D (1995). Birth and the origins of violence. Pre- and Perinatal Psychology Journal 10(2):57-74. http://www.birthpsychology.com [Accessed 2 February 2009].
  12. Chen CH, Tseng YF, Chou FH et al (2000). Effects of support group intervention in postnatally distressed women; a controlled study in Taiwan. Journal of Psychosomatic Research 49(6):395-9.
  13. Davidson C, Robinson M (1999). Chambers 21st Century Dictionary. Edinburgh: Chambers.
  14. Davis-Floyd RE (2003). Birth as an American rite of passage. 2nd ed. Berkeley, Calif: University of California Press.
  15. Department of Health (1999). Making a difference: strengthening the nursing, midwifery and health visiting contribution to health and healthcare. London: DH.
  16. Department of Health (2004). National Service Framework for children, young people and maternity services: maternity sen/ices. London: DH.
  17. Department of Health (2007) Maternity matters: choice, access and continuity of care in a safe service. London: DH. http://www.dh.gov.uk/en/Publications andstatistics/Publications/PublicationsPolicyAndCuid ance/DH_073312 [Accessed January 2009]
  18. Dimond В (2006). Legal aspects of midwifery. 3rd ed. Oxford: Books for Midwives.
  19. Downe S (2006). Engaging with the concept of unique normality in childbirth. British Journal of Midwifery 14(6):352-4,356.
  20. Dunkley-Bent J (2004). Health promotion in midwifery. In: Henderson C, Macdonald S eds. Mayes' midwifery: a textbook for midwives. 13th ed Edinburgh: Bailliere Tindall: 355-70.
  21. Eyer DE (1994). Mother-infant bonding: a scientific fiction. Human Nature 5(1 ):69-94.
  22. Flint C, Poulengeris P, Grant A (1989). The 'Know Your Midwife' scheme - a randomised trial of continuity of care bya team of midwives. Midwifery 5(l):ll-6.
  23. Fonagy P, Steele M, Steele H et al (1991). The capacity for understanding mental states: the reflective self in parent and child and its significance for security of attachment. Infant Mental Health Journal 12(3):201 -8.
  24. aley CR (2004). A brief overview of adult attachment theory and research, http://www.psych.uiuc.edu/HYPERLINK "http://www.psych.uiuc.edu/-" - rcfraley/attachment.htm [Accessed 24 May 2009].
  25. Gerhardt S (2004). Why love matters: how affection shapes a baby's brain. Hove: Brunner-Routledge.
  26. Glover V (1997). Maternal stress or anxiety in pregnancy and emotional development of the child. British Journal of Psychiatry 171:105-6.
  27. Goldberg S (1983). Parent-infant bonding: another look. Child Development 54(6):1355-82.
  28. Great Britain (1998). Data Protection Act 1998: Elizabeth II. Chapter 29. London: The Stationery Office.
  29. Great Britain (1998). The Human Rights Act 1998: Elizabeth II. Chapter 42. London: The Stationery Office.
  30. Green JM, Curtis P, Price H etal (1998). Continuing to care: the organization of midwifery services in the UK a structured review of the evidence. Hale: Books for Midwives Press.
  31. Gross R (2005). Psychology: the science of mind and behaviour. 5th ed. London: Hodder Arnold.
  32. Hallgren A, Kihlgren M, Olsson P (2005). Ways of relating during childbirth: an ethical responsibility and challenge for midwives. Nursing Ethics 12(6):606-1.
  33. Harlow HF (1958). The nature of love. American Psychologist 13(12):673-85.
  34. Harris JR (1995), Where is the child's environment? A group socialization theory of development. Psychological Review 102(3):458-89.
  35. Hatem M, Sandall J, Devane D et al (2008). Midwife- led versus other models of care for childbearing women. Cochrane Database of Systematic Reviews, Issue 4.
  36. Hodnett ED, Gates S, Hofmeyr GJ et al (2007). Continuous support for women during childbirth. Cochrane Database of Systematic Reviews, Issue 3.
  37. Hofer MA (2005). The psychobiology of early attachment. Clinical Neuroscience Research 4(5-6):291 -300.
  38. International Confederation of Midwives (2005). Definition of the midwife. The Hague: ICM. http://www.internationalmidwives.org/Documentation/Coredocuments/tabid/322/Default.aspx [Accessed 24 May 2009].
  39. Kennell JH, Trause MA, Klaus MH (1975). Evidence for a sensitive period in the human mother, Ciba foundation symposium 33: parent-infant interaction 33:87-101.
  40. Kruske S, Schmied V, Sutton I et al (2004). Mothers' experiences of facilitated peer support groups and individual child health nursing support: a comparative evaluation. Journal of Perinatal Education 13(3):31 -8.
  41. Lamb N (2008). Maternity services under pressure across the country. 9th Jan 2008. London: Liberal Democrats.
  42. Lavender T, Walkinshaw SA (1998). Can midwives reduce postpartum psychological morbidity? A randomized trial. Birth 25(4):215-9.
  43. Lewis G ed (2004). Why mothers die 2000-2002: the sixth report of the Confidential Enquiries into Maternal Deaths in the United Kingdom. London: Royal College of Obstetricians and Gynaecologists (RCOG). http://www.cmace.org.uk/Publications/Saving- Mothers-Lives-Report-2000-2002.aspx [Accessed 8 Jan 2008].
  44. lives: reviewing maternal deaths to make motherhood safer - 2003- 2005. The seventh report on Confidential Enquiries into Maternal Deaths in the United Kingdom. London: CEMACH. http://www.cmace.org.uk/getattachment/ 927cfl 8a-735a-47a0-9200-cdea 103781 c7/Saving- Mothers-Lives-2003-2005_full.aspx [Accessed 24 May 2009].
  45. Luanaigh P, Carlson CO eds (2005). Midwifery and public health: future directions, new opportunities. Edinburgh: Elsevier.
  46. National Institute for Clinical Excellence (2003). Antenatal care: routine care for the healthy pregnant woman. London: NICE.
  47. National Institute for Health and Clinical Excellence (2007). Antenatal and postnatal mental health: clinical management & service guidance. London: NICE.
  48. Nursing and Midwifery Council (2004). Midwives' rules and standards. London: NMC.
  49. Nursing and Midwifery Council (2007). The Code: standards of conduct, performance and ethics for nurses and midwives. London: NMC.
  50. Oates M (2007). Deaths from psychiatric causes. In: G. Lewis ed. Saving mothers' lives: reviewing maternal deaths to make motherhood safer - 2003-2005. The seventh report on Confidential Enquiries into Maternal Deaths in the United Kingdom. London: CEMACH: 152-72. http://www.cmace.org.uk/getattachment/ 927cfl 8a-735a-47a0-9200-cdea 103781 c7/Saving- Mothers-Lives-2003-2005_full.aspx [Accessed 24 May 2009).
  51. Odent M (2002a). The farmer and the obstetrician. London: Free Association Books.
  52. Odent M (2002b). Primal health: understanding the critical period between conception and the first birthday. Forest Row: Clairview Books.
  53. Pearsall J ed (2002). Concise Oxford English Dictionary. 10th ed. Oxford: Oxford University Press.
  54. Ross-Davie M, Elliott S, Sarkar A et al (2006). A public health role in perinatal mental health: are midwives ready? British Journal of Midwifery 14(6):330-4.
  55. Schore AN (1994). Affect regulation and the origin of the self: the neurobiology of emotional development. Hillsdale, NJ: Lawrence Erlbaum Associates.
  56. Schore AN (2002). Neurobiology of attachment and early personality organization. Journal of Prenatal and Perinatal Psychology and Health 16(3):249-63.
  57. Shribman S, Billingham К (2008). The child health promotion programme. Pregnancy and the first five years of life. London: Children, Family and Maternity Partnerships.
  58. Sonkin D (2005). Attachment theory and psychotherapy. The California Therapist 17(l):68-77. http://www.daniel-sonkin.com/attachment_ psychotherapy.htm [Accessed 18 April 2009].
  59. Sroufe LA (2005). Attachment and development: a prospective, longitudinal study from birth to adulthood. Attachment and Human Development 7(4):349-67.
  60. Sroufe LA, Egeland B, Carlson EA et al (2005). The development of the person: the Minnesota study of risk and adaptation from birth to adulthood. New York: Guildford Press.
  61. Wilson JH, Symon A (2002). Clinical risk management in midwifery. The right to a perfect baby? Edinburgh: Books for Midwives.